Время Большой Ломки

В августе 1921 года в Центре Азии появилось новое государство. С Конституцией, все как положено. А что было потом? Как строили государство?

Особых примеров ведь поблизости не было. В Монголии еще нет государства вообще, а Россия находилась совсем в других условиях. «Подглядеть» с чего начать и что делать было не у кого.

«Сменяемость власти»

Вот для тех, кто требует непременной сменяемости власти, те времена были бы пределом мечтаний. Власть менялась постоянно, и менялись не только сами политические деятели, но и политические органы.

На Всетувинском Хурале одновременно приняли Конституцию и выбрали главного правителя – Соднам Балчыра. Выбрали заочно, потому что на Хурал князь не соизволил явиться. Он немного подумал-подумал и… отказался от власти. Сложно сказать, чем руководствовался. Да, он уже взял курс на единение с Монголией, но ведь обретение власти не мешало нисколько. Наоборот, будучи главой правительства Тувы он мог бы взять курс на сближение двух стран в центре Азии. Но у молодого человека, которому едва перевалило за двадцать лет были какие-то другие планы.

Фактически первым председателем правительства стал Буян-Бадыргы Монгуш. Но очень недолго. До марта 1922 года.

После учреждения кабинета министров первым премьером стал Лопсан-Осур Маады. Родился в местечке Билелиг Пий-Хема, получил духовное образование в буддийских монастырях. Благодаря знатному происхождению был влиятельным чиновником Маады-сумона. В марте 1922 года, в Туране, где тогда располагалось правительство, на I съезде ТНРП, когда Центральный Совет преобразовали в Совет министров, его избрали премьером. Премьер занимал одновременно и пост министра иностранных дел. То есть, занимался одновременно и внешней и внутренней политикой. 

Менее чем через полгода его сменил нойон Салчакского кожууна Идам-Сюрюн. А через год, в октябре 1923 года, председателем Совета министров уже был вновь Буян-Бадыргы. Но опять недолго - Соян Оруйгу стал премьером и министром иностранных дел Тувинской Народной Республики в 1924 году.

Относительная стабильность и политическое равновесие настало в 1925 году, когда главой правительства стал Дондук Куулар.

В первые годы существования ТНР менялась и структура управления. Когда мы говорим, что первым председателем правительства был Буян-Бадыргы, мы не должны забывать, что правительства как такового еще не было. Был – Центральный совет. По сути – Совет князей.

Верховная законодательная власть принадлежала съезду всех хошунов, который созывался не менее одного раза в год. Депутатов на всеобщий Танну-Тувинский съезд избирали от каждого хошуна отдельно на общих собраниях сумо в количестве, пропорциональном числу населения сумо, но не менее двух человек от самого малочисленного. Высшую исполнительную власть осуществлял Всеобщий Центральный Совет (Правительство), в котором были по одному человеку от каждого хошуна. В промежутках между съездами вся полнота власти принадлежала этому Совету, который собирался на очередные сессии не менее четырех раз в год. Между сессиями делами Совета руководил один из членов Совета (Правительства). Буян-Бадыргы как раз и руководил. До марта, руководил, когда структура изменилась.

Через несколько лет уж будут Великий Хурал, Малый Хурал, Президиум Малого Хурала, Правительство, да еще и руководящие органы партии… а начиналось все просто – с совета князей.

Безопасность

В первое время в республике не было ни только никакой стабильности, но и безопасности. Китайцев потеснили хорошо, хотя они в качестве торговцев оставались еще в немалых количествах. С монголами были постоянные стычки по поводу земли. А русские вообще устраивали на территории Тувы свои «разборки» - Гражданская война продолжалась.

Сейчас это, конечно, трудно представить, но попробуем провести аналогию. Допустим, сейчас в Монголии начнется гражданская война (лучше не надо ни в коем случае!) н вот противоборствующие стороны начнут устраивать между собой сражения на территории Тувы. Масса «бесхозного» оружия, местные жители, которых будут вовлекать в борьбу обе стороны… Никому такое не понравится. Но в начале 20-х годов прошлого века армии красных и белых, казалось, не слишком задумывались о выборе мест боев. А участники мятежей, которых в первые годы было немало, всегда имели возможность вооружиться.  

И вот – молодая республика только что создана. Барон Унгерн хотел вести дивизию на запад - в Урянхай на зимовку, но примерно в дни принятия Конституции Танну-Тыва, Щетинкин в Монголии берет его в плен. Сентябрь, 1921 год. Соднам-Балчыр еще формально числится главой, на самом деле – не работает. 5 сентября Кочетов отправляется на Улангом. 21 сентября занял его. 20 сентября, кстати, казнят Унгерна. Тут становится известно, что Бакич и Казанцев готовятся к походу в Туву. Кочетов, которого отправили на борьбу с Врангелем, срочно возвращается в Туву.

В ноябре отряд Бакича переходит границу - из Монголии он идет на Туву. 2 декабря начинает наступление на Атамановку… А у Тувы еще вообще нет своей армии! Есть некоторое количество цириков, которые больше гонцы, чем воины. И как в таких условиях строить республику?!

Даже режим определить трудно – это была своего рода коалиция между местной знатью и радикалами, которые сотрудничали с большевиками. Существовавшие социальные и имущественные отношения в 1921 году почти не менялись. Перемены начались в последующие годы и в начале были очень медленными.

Голос партии

Дальневосточный секретариат Коминтерна, которым руководил Шумяцкий, еще до ТНР, еще в марте 1921 года настойчиво рекомендовал начать «работу по созданию Урянхайской Нарревпартии».

Да, голос партии в России уже имел силу. Вот пусть и в Туве имеет, наверное думали в Коминтерне. И этот «голос» появился. Точнее – два голоса.

Потому что в Туве одновременно возникли две соперничавшие между собой инициативные группы – «Агитационные бюро». Одна образована в августе 1921 года в Элегесте. В ее основе – араты Оюннарского кожууна. Вторая – «Туранская» - в Пий-Хеме.

Между группами было мало общего: «Элегестинцы» во главе с Оюном Курседи настроены весьма радикально. Они были связаны с красными партизанами Подхребтинского района. Курседи еще в 1918 году ходил на революционные митинги, помогал партизанскому движению, сражался в армии Кравченко-Щетинкина. Власть «элегестинцев» не слишком привечала, обвиняла в «бесчинствах»: они смещали с постов местных начальников и экспроприировали скот у богачей.

А вот «Туранская» группа состояла как раз из представителей знати и чиновничества. И при объединении главная роль в партии оставалась у «туранцев» во главе с Нимажапом и Лопсан-Осуром. Первый съезд партии 28 февраля – 1 марта 1922 года проходил в Туране. Избранный ЦК возглавил Нимажап; в него вошли глава правительства и министры внутренних дел, юстиции и военный. Лопсан Осур там как раз и был назначен премьером.

Но, самое интересно, что тогда ведь так и не поняли роли, смысла и значения партии. В марте 1923 года ЦК распустили. Впрочем, уже в апреле Оюн Курседди в Суг-Бажы проводит совещание, на котором постановили возобновить деятельность партии.

И вот, пока медленно, но верно начинает раскачиваться и ломаться старый строй, пока начинают формироваться новые органы власти, уже готовятся новы испытания.

Буквально через два-три года после провозглашения независимости начнутся мятежи. С другой стороны, начнется деятельность «крайне левых» - народного движения «Чудурук Нам» - «Партия сжатого кулака».

В Туве была очень редкая ситуация: феодалы сами создали и провозгласили демократическую республику. Но вот как раз после ее провозглашения и началось революционное движение.

И это была очень тяжелая работа в таких условиях строить новое государство в центре Азии.

Ирина КАЧАН

Все фотографии из открытых истчников

"Тувинская правда" №55 от 20 октября 2021 года.