Доюбилейное-3: Земельный вопрос

Казалось бы, под материалом нашего автора в № 85 от 31 октября редакция написала - «окончание». Но история развития нашей республики настолько интересна, что и автор, и редакция ошиблись! Нет окончания! Вновь продолжение. Предыдущие материалы «Доюбилейного» читайте в № 84 от 24.10.2020 и в № 85 от 31.10.2020 г.

Тува за необычайно короткий срок успела пройти разные стадии исторического развития, причем делала все практически одновременно. И это касается отнюдь не только социалистического развития ТНР. В начале ХХ века можно видеть разные события: и феодальную раздробленность, и возникновение третьего класса – буржуазии.

И еще одно интересное событие: как маленькая Тува ухитрилась манипулировать крупными соседями. Правда, итог получился не совсем таким, какой ожидали. Зато, затеянная игра привела к объединению и возникновению ТНР, что тоже совсем не плохо.

Все фактические данные в материале – из архивных документов, опубликованных в книгах «На перекрестках времен» и «Собрание архивных документов о протекторате России над Урянхайским краем – Тувой». Разные написания имен и географических названий – в соответствии с документами в источниках.

Метод Штирлица

Чтобы разобраться в некоторых моментах, придется вновь вернуться к прошениям и сообщению (!) о протекторате.

И вновь возьмем письмо амбын-нойона Комбу-Доржу. У него было не прошение, и именно сообщение. Что же он пишет «Великого Российского Государства Господину Усинскому пограничному начальнику»?

А пишет он вот что: «Мы, урянхи Танну, недавно были подданными маньчжурского хана и следовали своей религии буддистов, но в последнее время маньчжуры и китайцы стали обращаться с нами бесчеловечно и притеснять, доводя нас до разорения, а в настоящее время маньчжуры, китайцы и халха разделились, образовав отдельные улусы (государства). Мы же, урянхи, остались на произвол судьбы, не имея Государя, а потому мы, каждого хошуна и сумона, как светские, так и духовные чиновники и народ, собравшись, - с общего согласия постановили: заведующего урянхами трех хошунов по р. Тесь, по р. Енисею и урянхами Тожу, амбына Комбу-Доржу, имеющего от Дайцинского Государя чин корпусного командира и павлинье перо, и от Великого Российского Государства Белого Государя одну золотую медаль для ношения на шее и орден Св[ятого] Станислава второй степени, избрали главой правления. Держаться буддийской религии и одинаково с Халхой выбрать себе представителя духовной власти, объявить Урянхай отдельным и просить покровительства и защиты Великого Российского Государства.

Почему, единогласно решив, посылаем сие почтенному нойону для сведения и просим о таковом довести к стопам Великого Белого Государя с просьбой не отказать нам в своем покровительстве.

Кроме того, многие из бедных глупых урянхов прогнали китайцев, почему выходят недоразумения, во избежание беспорядков, могущих произойти в стране, просим Вас, почтенный нойон, по возможности скорее занять своими войсками по своему усмотрению заселенные пункты среди урянхов, а также для охраны - пикеты по границе».

Похоже Комбу-Доржу знал то же, что и Штирлиц – запоминается последнее. Вот именно ради этих последних строк все и было затеяно – у нас могут быть проблемы с китайцами, поэтому поставьте пикеты на границах.

Вот только на каких границах? Больше всего Комбу-Доржу заботили не проблемы «бедных глупых урянхов», а, конечно, земля. Те земли, которые он мог потерять, и на которые претендовали монголы.

Соломоново решение китайского чиновника

Среди архивных документов есть «Письмо И. об. Заведующего Пограничными Делами в Канцелярию Иркутского Генерал-Губернатора с сообщением о направлении копии монгольской карты Урянхайского края с кратким очерком и описанием к ней».

Письмо большое и пространное рассматривает разные аспекты правового статуса территорий Урянхайского края и ценность этих земель.

Но были некоторые участки, в общем-то спорные, не вполне понятно кому принадлежащие: «В этой области между урянхами и монголами возникал ранее спорный земельный вопрос, по которому те и другие выставляя свои права на эту землю, возбудили перед Улясутайским Цзянь-Цзюном ходатайство о закреплении их в правах. Улясутайский Цзянь-Цзюнь, признав, что как монголы, так и урянхи имеют свои права на эту землю, приказал обеим тяжущимся сторонам считать эту землю своею, занести на свои карты и жить мирно. По этой именно причине Урянхайский амбань-нойон и монгольские власти Цзасакту-хановского аймака одну и ту же местность наносят на свои карты, и каждая сторона считает ее своей. Такое решение этого вопроса устраняло возможность определить границы этого района, то, естественно, пограничных знаков в этой местности, как упомянуто выше, не поставлено. Во избежание того, чтобы этот земельный вопрос не возбуждался вновь, ибо решение его во времена владычества китайцев сопряжено было с значительными денежными расходами, монголы и урянхи каждый раз заверяли китайских властей о том, что они живут между собой мирно».

Вот – хитрое соломоново решение китайского чиновника: пусть каждый считает эту землю своей и наносит на свою карту! Не знаю, был ли еще в истории такой прецедент.

Такая ситуация могла еще длиться и длиться, но Китайская империя сгинула. Теперь надо что-то делать. Земли амбын-нойона могли перейти к монголам.

«Заграница нам поможет»

В общем-то об этом и пишет дальше и.о. заведующего пограничными делами: «Таким образом, монголы и урянхи жили мирно в этой области до тех пор, пока на-находились в одинаковых условиях в подданстве Китая, но с течением времени <…> неминуемо должен снова возникнуть вопрос о закреплении этих земель за бесспорными владетелями. Кто из них имеет больше прав на эту землю в данное время, за неимением под руками документальных данных, с другой претендующей монгольской стороны сказать трудно. Однако и теперь бесспорно то, что урянхи этими угодьями пользовались более века, а из упомянутого выше Богдаханского указа видно, что при переселении их в 1776 году препятствий не встречалось, переселялись они туда как на прежние насиженные места. Из этого можно заключить, что места эти до того времени были свободны и урянхи проживали на них еще ранее.

Земли в упомянутой местности урянхами считаются лучшими пастбищами для скота и потому наиболее густо заселены. Урянхи Ойнарского (Амбаньского) хошуна крайне не желают потерять свои права на этот кусок земли. Амбань-нойон еще при подаче в 1912 году прошения о принятии его в подданство России своевременно обращал наше внимание на эту землю и просил включить ее к своим владениям при установлении границы.

Урянхи, будучи ныне осведомлены из монгольских источников о предстоящих работах по определению границ Северной Монголии, опасаются, что при закреплении Урянхая за Россией русские власти границу проведут по линии монгольских караулов или, еще хуже для них, по хребту Танну-Ола, и тогда лучшие земли урянхов упомянутого хошуна должны отойти в Монголию. Таким образом, граница, проходя по этим двум вариантам, должна разрезать владения амбань-нойона на две части и создать вопрос о разделении урянхов, так как некоторые урянхи безусловно пожелают остаться на насиженных лучших местах. В этом направлении ими уже делались попытки. В начале сего года урянхи Соен сумо, кочующие в упомянутой местности, без ведома амбань-нойона, обращались к монгольскому эмиссару Дамбичжанцан-гегену с просьбой оказать содействие к принятию их в Монголию, но так как этот эмиссар, оказавшийся авантюристом и выходцем из России, ныне арестован, то их ходатайство вероятно осталось открытым».

Итак, мы видим, что поводом, по крайней мере для написания «сообщения» амбын-нойона послужил страх из-за утраты «спорых земель».

Кто-то пытался найти защиту у монголов, а Комбу-Доржу решил сделать ход конем, попросить протектората, то есть, конкретно покровительства, чтобы российские войска поставили кордоны на границе, и на земли амбын-нойонов уже никто не смог претендовать. Российская империя была явно сильнее Монголии.

Интриги

Еще раз, наверное, следует оговорить, что все факты – из исторических источников, из архивных документов. Просто мы сейчас смотрим, может быть, под другим углом, но никакого противоречия официальной истории нет.

Но этот «другой угол» поможет объяснить, почему хемчикский нойон и чиновники Бээзи-хошуна вдруг спохватились и чуть ли не в один день написали свои очень странные (со странностями разберемся позже) прошения, почему возникла необходимость объединения, почему главой нового правительства выбрали Соднам-Балчыра, а он через несколько дней отказался от такой чести.

А дело в том, что дворцовые интриги, которые в России, в европейских и не только странах тянулись несколько веков, в Туве тоже были. Только и они совершились в рекордно короткое время. По крайней мере те, которые привели к возникновению первого государства в самой середке Азии.

Степь и неторопливый образ жизни кочевых народов дает повод думать, что здесь все застыло, все идет не спеша и как-то «само-собой». И люди почти не меняются. Да, не меняются. Но обратите внимание на то, что происходит последние годы, сколько сложных политических игр и интриг происходит, например перед выборами. И да, люди не меняются, поэтому и сто лет назад определенные, как бы мы сейчас сказали, партии – вели свои игры. И Буян-Бадыргы и Комбу-Доржу были смелыми игроками. Они ставили многое, чтобы получить все.

Самое интересное, что ведь почти все игроки получили именно то, что хотели, но этого оказалось мало.

Но об этом – позже.

Марина ДМИТРИЕВА.

Все фотографии из альбома «Черно-белая Тува» и антологии «Урянхай. Тыва дептер»