Сейчас для православных христиан наступила пора особой тишины, сосредоточенной молитвы и добровольного воздержания от мясной и молочной пищи, которое готовит верующих к главному событию церковного года - Пасхе, Светлому Христову Воскресению. Но что скрывается за этой древней традицией? Является ли она лишь набором гастрономических правил или же за ней стоит нечто большее для человека XXI века? Как вообще ограничения в еде связаны с духовной сферой? Чтобы понять глубинный смысл четыредесятницы (так еще называют первые 40 дней Великого поста, всего который продолжается 48), корреспондент газеты побеседовал с ключарем Воскресенского кафедрального собора Кызыла иеромонахом Амвросием (Громовым).
— Отец Амвросий, мне всегда казалось, что строго регламентированный, продолжительный пост — это более поздняя церковная традиция. Но вот недавно узнал, что согласно Преданию, апостол Иоанн – один из учеников Христа, живя в Эфесе, всегда постился перед Пасхой. Когда же христиане начали поститься в том виде, в каком мы знаем это сейчас?
— Великий пост — это самое первое постовое установление еще апостольских соборов. Традиция совершения сорокодневного поста перед Пасхой восходитк воспоминанию сорокадневного поста Спасителя в пустыне. Этим постом Господь готовил себя к мессианскому служению после Крещения, перед выходом на проповедь. В Евангелии мы читаем, что там, в пустыне, он был искушаем диаволом: тот предлагал ему поклониться ему как богу, совершить ненужное чудо, получить все царства мира. Господь отверг эти искушения и, продолжая пост, приготовил Свое человеческое естество к служению спасению мира.
— Вы упомянули апостольское постановление. Это первый век, получается?
— Верно. Это 69-е апостольское правило о строгом соблюдении Святой Четыредесятницы. Но для иудейского народа пост не был чем-то новым. В иудейской традиции он был основан на примере сорокадневного поста Моисея, готовившегося к встрече с Богом на Синае, когда Бог дал выведенному из Египту народу Закон. Ветхий Завет полон предписаний о воздержании - как для отдельных людей, так и для всего народа в определенные периоды. Для израильтян пост не был тягостным новшеством. В христианстве он просто получил новый смысл.
— Какой смысл имеет пост для христиан сегодня?
— Разберем по порядку. Часто звучит вопрос: в нашей и без того непростой жизни зачем нам добровольно добавлять себе еще и лишения? По этой логики выходит, что в первые века христианства или в Средневековье люди постились, потому что у них всего было вдоволь и не было проблем. Так что ли?Нет, конечно. Были и войны, и эпидемии. Да и пища была несравненно намного скуднее, чем мы сейчас едим. Современность, при всей своей сложности и новых проблемах, в пищевых вопросах отличается от первых веков христианской истории и средневековья, несомненно, в лучшую сторону. Так что аскетика — это не лишение себя чего-то в силу безысходности, а добровольный отказ от того, что мы можем себе позволить.
Не только христианской или иудейской, но и в любой другой религиозной традиции, пост — это упражнение для достижения результата.
Для христианина же пост и аскеза — это не попытка угодить Богу (Богу это не нужно), а попытка увидеть самого себя настоящим. Характер человека, как поет Высоцкий в песне «Вертикаль», проявляется в трудностях, подчас больших: «парня в горы тяни - рискни, не бросай одного его. Пусть он в связке в одной с тобой - там поймешь, кто такой». Пост, в каком-то смысле, это и есть такая ситуация. Постящийся человек, на время понуждая себя ограничивать рацион, понимает, насколько способен бороться с собой и контролировать эмоции. Ведь бывает даже так, что, если с утра остался без плотного завтрака, привычных кофе или крепкого чая – и весь день на смарку, раздражительность или наоборот апатичность. Вскрываются «духовные болячки», с которыми человеку предстоит работать.
— Но почему пост всегда является спутником молитвы? Вы проводили параллель со Христом, который постился 40 дней.
— Как я уже сказал, во Христе два естества: божественное (которое во всём этом естественно не нуждается) и человеческое. Его человеческая часть испытывала голод, холод и страдания. И Господь подготавливал свое тело к служению. Ведь оно было не только в проповедях. Он говорит сам о себе: «Лисицы имеют норы и птицы небесные — гнезда, а Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову». Он постоянно путешествовал, и для этого нужны были человеческие силы. А ещё, Господь - Учитель. Он на Своем примере показал образец Своим ученикам и всем нам. Он никогда не требует от человека больше того, что Сам смог перенести в Своей человеческой жизни. В Евангелии есть эпизод, когда один человек привел к ученикам Христа бесноватого отрока, и они не смогли его исцелить. Господь же дал им совет: «Сей род изгоняется только молитвою и постом». Почему? Потому что человек, ни в чем себе не отказывающий, не способен контролировать себя самого, а уж тем более – бесплотных духов. Ведь чем отличается страсть от естественной потребности? Потребность, будучи удовлетворенной, успокаивается. Страсть же, чем больше ее удовлетворяешь, тем больше она требует. И грань между ними очень тонкая. Сначала человеку нужен здоровый сон, а потом на фоне стресса или лени он начинает спать, чтобы уйти от проблем, хотя физиологической потребности в этом уже нет.
— То есть отсюда и смертные грехи? Чревоугодие, лень?
— Именно. И они называются смертными не только потому, что ведут к духовной гибели. Если человек объедается, у него появляются проблемы со здоровьем, и жизнь может быстро закончиться. Лень влечет, например, гиподинамию и связанные с ней болезни. Гордыня может привести к тому, что в конфликтной ситуации жизнь человека оборвется в одно мгновение. А если жизнь и длится долго, то, будучи отягощенной страстями, она становится мучительной, неудовлетворенной, полной болезней, вызванных пристрастиями.
— А как именно пост дополняет и, скажем так, «усиливает» молитву?
— Благодаря своей дисциплинирующей силе для тела. Любая еда воздействует на организм. Жирная, мясная пища делает человека тяжеловесным не только физически, но и эмоционально. Организм тратит колоссальные силы на переваривание, и где уж тут молиться? Когда же человек отказывается от пищи сознательно, ради духовной цели – молитвы, восстановления связи с Богом, он приносит посильную жертву духовного труда. Это и дает физическое облегчение, и меняет духовное состояние. Но не сразу. Тело испытывающее долговременное ограничение в привычной пище начинает бунтовать и вместе с этим приходит познание собственных немощей. А уж насколько трудно бывает удержать себя от срыва, когда ты знаешь, что это воздержание добровольно с твоей стороны и может быть закончено только твоим единоличным решением. Узнавая самого себя, человек иногда пугается, и идет к Тому, Кто может его успокоить - к Богу, сказавшему: «Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас». Так пробивается источник покаянной молитвы: «Господи, прости, я всегда думал, что я хороший, а оказывается, за бутерброд готов поссорится даже с близкими людьми. Оказывается, мое доброжелательное отношение к людям было не от воспитания, а от сытости».
—Что можно и что нельзя употреблять в пост?
— Исключаются все продукты животного происхождения: мясо, молоко, яйца, животные жиры, сыр. Всё растительное можно. Так же настоятельно рекомендуется ограничивать употребление спиртного.
— Интересно, где проходит грань между диетой и постом?
— Диета соблюдается ради тщеславия и внешней красоты. Пост же — это духовное упражнение, цель которого - красота духовная. В одном из сборников поучений есть такой рассказ. Монах с учениками по необходимости пришли в город. Там им попалась на встречу женщина, ведущая распутный образ жизни, вызывающе одетая, обвешанная украшениями и ярко накрашенная. Увидев её, старец горько заплакал. Ученики спросили его: «Ты конечно плачешь, о гибели её души?» А он неожиданно ответил: «Я смотрю на нее и думаю: если бы я прилагал хотя бы половину тех усилий для украшения своей души, которые она тратит на украшение тела, как многого я мог бы достичь!» Вот в чем разница: диета ради тела, пост ради души.
— Помимо отказа от продуктов, от чего еще стоит отказаться или, наоборот, что добавить в жизнь во время поста?
— Служба в Церкви - неотъемлемая часть духовной жизни. В Евангелии есть два примера: «Ты же, когда молишься, войди в комнату твою и, затворив дверь твою, помолись Отцу твоему, Который втайне; и Отец твой, видящий тайное, воздаст тебе явно». Это относится к личному молитвенному подвигу каждого человека. Однако, в другом месте Евангелия мы слышим от него и такие слова: «Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них». Это относится к общественной молитве, участию в богослужениях. Поэтому посещение храма еженедельно — это минимум для христианина.
— Так для православного христианина пост — это рекомендация или обязанность?
— Обязанность. Это апостольское постановление, уже упоминавшееся 69 правило Святых Апостолов: «Если епископ, или пресвитер, или диакон, или иподиакон, или чтец, или певец не постится в святую Четыредесятницу, или среду, или пятницу, да будет извержен, если только ему не препятствует поститься немощь телесная. Если же мирянин, да будет отлучен".
— Пост мирян и монахов сильно отличаются?
— Конечно. У монашествующих более строгий устав: чаще практикуется сухоядение (отказ от вареной пищи), более строгие ограничения в количестве пищи. Монашество — это добровольно избранный подвиг. Мирянин может стремиться приблизиться к этому, но для него это проблематичнее. Есть и исключения для детей, больных, пожилых и немощных. Если человек истощен болезнью или возрастом, то его подвигом уже становится просто перенесение этого состояния без уныния, без отчаяния. Я обычно привожу такое сравнение: душа — это ездок, тело — ослик, на котором ездок странствует в Царствие Небесное. Если осла совсем не кормить или сильно бить, он может умереть раньше, чем ездок добирается до пункта назначения. А если ослик уже болен? Надо ли его еще больше понуждать? Здесь по святоотеческому опыту важна добродетель рассуждения.
— А если человеку по медицинским показаниям нельзя урезать рацион?
— Давайте разбираться. До какого состояния нужно себя довести, чтобы вообще нельзя было соблюдать пост? А ещё чаще это бывает хитрой уловкой. Подходит человек к священнику: «Мне по здоровью нельзя». Важно спросить: «Врач конкретно что сказал? Мясо есть и молоко пить нужно?». «Да». — «А конфеты можно?». «Ну... можно». - «Так откажитесь от конфет». И тут начинается метание. Если есть рекомендации врача, нужно подойти к священнику и спросить совета: может быть, есть способы соблюдения поста, которые сохранят здоровье, но позволят приложить духовные усилия. Ведь пост, еще раз подчеркну, это добровольное ограничение там, где вроде бы можно этого и не делать. В этом смысл. И ещё один момент – результатом ограничения, бывает радость от приобретения чего-то заново. Когда мы ограничиваем себя перед Пасхой, то даже простое крашеное яйцо и кусочек кулича становятся невероятно вкусными и приносят огромную радость, когда пост заканчивается.
— Есть ли «облегченные версии» поста для новичков? Например, отказаться не от всего, а от чего-то одного?
— Это имеет смысл, но это показатель того, что человек пытается влиться в аскетику с нуля. Ведь в течение года Церковь предлагает однодневные посты по средам и пятницам, которые, в каком-то смысле, служат тренировкой. Если человек говорит: «Хочу попробовать поститься весь Великий пост», я советую: попоститесь для начала хотя бы месяц по средам и пятницам. Это даст опыт, познакомит с новыми продуктами, научит готовить постные блюда, подготовит организм.
— А что делать, если сорвался? Бросать или продолжать?
— Лучше продолжить. Попытаться, пусть и в меньшей степени. Если бросить совсем, в следующий раз будет еще тяжелее. А если запнулся, но потом встал, отряхнулся и пошел дальше, открывается второе дыхание.
— Вы, разумеется, как священнослужитель соблюдаете пост. Хотелось бы спросить, постная еда вкусная?
— Иногда постная еда даже вкуснее. И дело не столько в рецептах. Когда организм привыкает к одним и тем же продуктам, восприятие притупляется. А когда убираешь часть продуктов, вкусовые рецепторы обостряются. И ещё, когда пост — это часть твоего жизненного ритма, организм перестраивается, и ты просто замечаешь разные эффекты. Например, ближе к концу поста человек становится более восприимчивым к своим эмоциям. Я замечал, что каждый пост связан с какой-то преобладающей эмоцией у людей: то повышенная гневливость, то апатия, то уныние.
— Разве гневливость и апатия не могут помешать молитве?
— Конечно, могут. Но это и есть результат. Я уже говорил, что тогда человеку приходится признаваться и себе и Богу: «Господи, оказывается, я раздражительный. Я думал, я хороший, а меня вывести из себя может отсутствие привычного рациона». Это познание своей немощи, понимание того, что тобой движет на самом деле. Создается стимул работать над собой.
— Какие еще могут быть ограничения во время поста?
— Можно устроить себе «информационный пост»: меньше читать тревожных новостей, например. Вместо этого взять и почитать хорошую книгу. Например, рекомендую «Невидимую брань» Никодима Святогорца или жития святых. Можно почитать письма Иоанна Златоуста к диакониссе Олимпиаде, где он утешает ее в скорбях. Это станет и утешением для души постящегося и знакомство с опытом других. Человек — это не только то, что он ест, но и прежде всего та информация, которую он потребляет. Вот пример из нашей епархии: один сотрудник на время поста удаляет с телефона мессенджеры. Ему приходится общаться по телефону, говорить с людьми, а не переписываться. Это уменьшает поток бессмысленной информации, которая отвлекает и отнимает время. Можно заменить просмотр телевизора хорошей подборкой фильмов, а бесконечный серфинг в интернете - чтением книг, может быть, даже в новом для себя жанре. Это называется понуждением себя, в чем собственно и смысл поста.
— Надо ли каяться, если нарушил пост?
— Конечно. Господь говорит: «Никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Божия» (Евангелие от Луки 9 глава 62 стих). Трудно достичь результата, если постоянно оглядываешься. А покаяние — это признание своей нерезультативности и стимул двигаться дальше.
Беседовал Антон ПОСОХИН
Фото пресс-службы Кызылской Епархии
